Мать дает жизнь, любовь, защиту; в зависимости от отношений с матерью складывается судьба человека. Образ матери всегда представляют сосредоточием добра и любви, символом всего самого лучшего и нежного в жизни человека. Только вот не всегда мать оказывается копией лакированной растиражированной картинки; иногда именно мать может оказать самое злокачественное влияние на судьбу...
До рождении
Еще в утробе плод явственно ощущает желания и мысли своей родительницы. Ненависть к плоду, желание избавиться от него, намерение сделать аборт могут послужить роковыми обстоятельствами в будущей жизни человека.
Фрейд писал о том, что потом, в процессе жизни ребенка, после его появления на свет, мать может даже горячо привязаться к своему отпрыску, полюбить его всей душой, но влияние начального периода, утробного существования, уже оказывает воздействие на формирование характера и судьбы.
Ученые ввели термин «страх матки» — оказывается, если до зачатия благополучно появившегося на свет младенца мать делала аборты, в ее организме остается странная, малоизученная память о происшедшей насильственной гибели эмбрионов. Она остается в матке, где происходит зачатие и развитие нового ребенка.
Дети, родившиеся после абортов, более склонны к неврозам, их психика более хрупка, нестабильна, им гораздо труднее бороться за выживание и приспосабливаться к жизни. Считалось, что плод еще не имеет сознания и памяти, однако уже в 24 недели ученые наблюдали у ребенка поведение, которое может указывать на истинное (познавательное) мышление.
Плод не только умеет сердиться, гримасничать и улыбаться; когда в процессе ультразвукового исследования плод случайно ударили иглой во время процедуры амниоцентеза, он отворачивался от нее всем телом, определив рукой положение иглы, и бил ладонью по ее стволу.
Некоторые исследователи идут еще дальше и утверждают, что на психику будущего ребенка оказывает влияние эмоциональное состояние матери в момент зачатия. После рождения связь не исчезает, становясь еще нагляднее: психологи во время экспериментов убедились, что в роддоме роженицы просыпались именно в те моменты, когда начинал плакать именно их ребенок. При этом младенцы и матери находились в разных крылах здания.
Смертельная программа
Стоит ли удивляться, что настрой матери, ее психологическое состояние, ее слова становятся настоящим навигатором для будущей жизни потомка. Иногда это влияние поистине смертоносно—для ребенка, для окружающих или для самой матери, как в случае с римским императором Нероном.
Мать его, Агриппина, будучи беременной, обратилась к предсказателю, чтобы узнать — будет ли ее потомок царствовать? Прорицатель сообщил молодой Агриппине ужасные вести из будущего: царствовать будет, но при этом убьет свою мать. «Пусть убивает, лишь бы царствовал!» — воскликнула в восторге честолюбивая царица.
И правда, убил. Стал жестоким и кровожадным тираном, а потом совершил и организовал несколько хитроумнейших покушений, которые в конце концов увенчались успехом! Вот пример типичного материнского заклятия, психологической программы; вероятно, в детские нежные годы будущий матереубийца любил слушать неоднократно повторяемую историю своего рождения и предсказания великой и ужасной участи.
«Ну что тебе рассказать, сынок, — ласково так говорила Агриппина, укладывая спать крошку сына, — я тебе уже все сказки тысячу раз рассказала...» — «А про предсказание-то, мама... Мою любимую. Как я буду цезарем, а потом убью тебя!» — примерно такой диалог слышался теплым римским вечером в царских покоях.
Раз уж история нашла отражение у Светония и Тацита, великих историков, значит, она действительно стала притчей во языцех, повторяясь как заклинание, внушение, определяя все будущие поступки императора. Раз уж любимая мама, главный оракул жизни любого ребенка, сообщила о неотвратимости события, долг сына — выполнить то, что от него зависит!
Подобную ситуацию с изумлением наблюдали и описывали в XVIII веке пытливые исследователи человеческой души (психологии как науки тогда еще не было), присутствовавшие на казнях лондонских преступников.
Наказание даже за пустячную кражу тогда было довольно однообразным — смертная казнь. А преступники выходили на эшафот с шутками, прибаутками, поклонами, всем своим видом являя полное довольство своей участью. Словом, вели себя как артисты после удавшегося выступления. Ученые заинтересовались этим поразительным фактом и пришли к выводу, что радость и удовлетворение связаны с выполнением материнской программы — заклятия.
Это были дети нищих кварталов, из семей, в которых отцы так же промышляли воровством и грабежами; с ранних лет малолетние отпрыски слышали от своих мам одну и ту же фразу: «Ты такой же, как твой отец! Ты кончишь на плахе, как и твой папочка!»
В медицинской и психологической практике известен феномен «маленького калеки»: ребенок непрерывно болеет, зачастую очень тяжело, а рядом всегда находится жертвенная и горячо любящая мать, которая лечит его, водит по врачам, оплачивает дорогостоящее лечение...
На самом деле мать бессознательно внушает ребенку программу болезни; именно в такой ситуации она чувствует себя нужной, любимой, повышается ее самооценка, а жизнь обретает смысл. Наркологи, например, часто бессильны помочь алкоголикам, которых на прием приводит мама и начинает беседу с врачом со слов: «Мы пьем, доктор!»
И врач с ужасом видит скрытое, тайное удовлетворение, которое просвечивает на лице женщины. Это одна из разновидностей психологического вампиризма: пьянство сына не позволяет ему отдалиться от матери, взять ответственность на себя, начать самостоятельную жизнь.
Спасение возможно
На примере многих известных людей мы можем проследить разрушительное и темное влияние матери, которая сознательно, может, и любила своего ребенка, но неявно прокляла и искалечила его душу и жизненный путь.
Известную кавалергард-девицу Надежду Дурову мать отвергла еще в момент рождения; она хотела мальчика, даже имя придумала — Модест. От новорожденной отвернулась к стене, а потом, позже, и вовсе выбросила плачущего младенца из окна кареты, раздражившись детскими воплями.
Девочка выросла, стала носить мужское платье, овладела наукой сабельного боя, отправилась на войну. Даже на балах танцевала за мужчину, говорила о себе в мужском роде, причесывалась по-мужски, и это — в начале XIX века! Удостоилась награды самого Николая Первого, но на Пушкина произвела ужасающее впечатление своей неестественностью, странностью.
А вот мать Оскара Уайльда страстно желала иметь девочку, так что долго будущего узника редингской тюрьмы, куда он попал за гомосексуализм, водили в платьицах, а в длинные локоны вплетали ленты, завязывали банты...
Примеры бесконечны, но особенно показательной была история матери астронома Иоганна Кеплера. Она пила и колотила полуголодных детей, проклиная и желая всяческих бед—то есть была настоящей матерью-ведьмой. И добилась-таки результата: посовещавшись, соседи объявили ее ведьмой, а суд приговорил ее к сожжению.
И сожгли, хотя кроме проклятий и злонравия никаких доказательств общения с дьяволом так и не было найдено. Сам же Кеплер, хилый, больной, страдавший серьезным дефектом зрения, стал великим астрономом, гениальным ученым; он просто постарался покинуть такой жестокий земной мир, только не умерев, как приказывала злая мамаша, а уйдя в созерцание бесчисленных звездных миров, может быть, более добрых и мирных, чем наш.
Так что способы избежать страшного программирования существуют, надо только вовремя принять меры к «расколдовыванию», к снятию заклятия, наложенного матерью. Психолог Эрик Берн предлагает простой способ: когда какая-то темная сила толкает вас совершить то, что вы не хотите делать, надо просто заложить руки за спину и тихо сказать: «Нет, мама, я не буду этого делать!»